название

Известные люди Алексеевского района Белгородской области

Даниил Семёнович Бокарев 

зачинатель маслобойного производства в России, изобретатель, крепостной крестьянин графа Шереметева.

Родился в селе Серебряные Пруды Веневского уезда Тульской губернии. В 1805 г. за провинность[1] разлучён с семьёй и переселён в слободу Алексеевка Бирюченского уезда Воронежской губернии.

Бокарёву принадлежит открытие подсолнечника как масличной культуры. В 1829 году он придумал способ получения масла из семян подсолнечника[2]. Через четыре года в 1833 году в Алексеевке купцом Папушиным при содействии Бокарёва был построен первый в России маслобойный завод. Год спустя Бокарёв открыл в Алексеевке собственную маслобойню. В 1835 году начался экспорт масла за границу.

К 1860 году в Алексеевке было около 160 маслобойных заводов. На продажу вывозилось до 40 тысяч бочек, содержимое которых весило около 900 тысяч пудов (свыше 14 тыс. тонн). Церковь признала подсолнечное масло постным продуктом, отсюда появилось его второе название — постное масло. В 2005 г. жители Алексеевки почтили вклад Даниила Бокарева в развитие города памятником. В Алексеевке в честь Даниила Бокарева названа улица.



Кириленко Андрей павлович

Родился в семье кустаря. Окончил сельскую школу (1920) и Алексеевскую профтехшколу (1925). Трудовую деятельность начал электрослесарем. Член ВКП(б) с 1931 года.

В 1925—1929 годах работал на предприятиях Воронежской губернии, затем на шахте в Донбассе. В 1929—1930 годах находился на комсомольской, советской, кооперативной работе. Окончил Рыбинский авиационный технологический институт (1936). В 1936—1938 годах на инженерной работе: инженер-конструктор авиационного завода в Запорожье (Запорожский моторостроительный завод). С 1938 года на партийной работе: второй секретарь Ворошиловского райкома партии в Запорожской области, в 1939 году секретарь и в 1939—1941 годах второй секретарь Запорожского обкома партии.

Участник Великой Отечественной войны: в 1942—1943 годах член Военного совета 18-й армии Южного фронта, в 1943—1944 годах уполномоченный Государственного комитета обороны на авиационном заводе в Москве.

В 1944—1947 годах второй секретарь Запорожского обкома и горкома партии (в 1946—1947 годах первым секретарём обкома был Л. И. Брежнев). В 1947—1950 годах первый секретарь Николаевского обкома партии. В 1950—1955 годах первый секретарь Днепропетровского, а 1955—1962 годах — Свердловского обкомов партии. Одновременно в 1956-1957 годах член Бюро ЦК КПСС по РСФСР.

По воспоминаниям Е. З. Разумова, тогдашнего помощника Кириленко, именно он, будучи до избрания секретарём ЦК первым секретарём Свердловского обкома КПСС, проявил инициативу по строительству резиденций для высокопоставленных руководящих работников.

В 1961—1966 член, а в 1962—1966 годах первый заместитель председателя Бюро ЦК КПСС по РСФСР и одновременно в 1962—1964 гг. председатель Бюро ЦК КПСС по руководству промышленностью РСФСР[4][5]. Во время событий 1962 года в Новочеркасске прибыл в город 1 июня вместе с А. Н. Шелепиным, принял участие в подавлении выступлений рабочих.

В 1966—1982 годах — секретарь ЦК КПСС, курировал промышленность.

В 1976 году принимал участие в работе пленума Свердловского обкома КПСС, избравшего Б. Н. Ельцина первым секретарём Свердловского обкома КПСС.

В середине 1970-х годов считался одной из важнейших фигур в партии и возможным преемником Л. И. Брежнева на посту Генерального Секретаря ЦК КПСС. Во время отсутствия М. А. Суслова председательствовал на заседаниях Секретариата ЦК КПСС. Был председателем комиссии по организации похорон Ф. Д. Кулакова.

Однако в дальнейшем его роль снизилась в связи с нарушением мозговой деятельности. В марте 1981 года, когда на XXVI съезде КПСС ему поручили зачитать список кандидатов в члены ЦК КПСС, Кириленко не смог правильно произнести ни одной фамилии. К 1982 году впал в старческий маразм и в ноябре, всего через 12 дней после смерти Брежнева, отправлен на пенсию.

Член ЦК КПСС (1956—86), член Политбюро (Президиума) ЦК КПСС 23 апреля 1962 года — 22 ноября 1982 года (кандидат с 29 июня 1957 года по 31 октября 1961 года), секретарь ЦК КПСС (8 апреля 1966 года — 22 ноября 1982 года). Член ЦК КП Украины (1952—56).

Депутат Верховного Совета СССР 3-10-го созывов.

В некоторых публикациях указывается, что в 1982 году «сын члена Политбюро Кириленко» попросил политического убежища в Англии.

Похоронен в Москве на Троекуровском кладбище.



Никитенко Александр Васильевич


Александр Никитенко происходил из малорусских крепостных графа Н. П. Шереметева, живших в слободе Алексеевка Бирюченского уезда.

Родился в 1804 или 1805 году; отец его, старший писарь в вотчинной конторе графа Шереметева, был, по образованию, выше своей среды, и подвергался всякого рода гонениям; условия детства Никитенко были неблагоприятны для его воспитания. Первое образование Никитенко получил в Воронежском уездном училище и дальше пойти не мог, так как доступ в гимназию ему, как крепостному, был закрыт; юноша был так огорчён, что в течение ряда лет лелеял мысль о самоубийстве.

В 1822 году в Острогожске, где Никитенко перебивался частными уроками, открылось отделение «Библейского общества», секретарём которого был избран Никитенко. Он выдвинулся речью на торжественном собрании в 1824 году, о которой было доложено президенту общества князю А. Н. Голицыну — и вскоре, с помощью В. А. Жуковского и К. Ф. Рылеева, Никитенко получил вольную.

По рекомендации Рылеева поселился у декабриста Е. П. Оболенского, который поручил ему воспитывать своего младшего брата. В 1825 году он поступил в Императорский Санкт-Петербургский университет. Едва избежал ссылки, будучи уличён в «знакомстве» с декабристами, но в 1828 году благополучно кончил курс кандидатом по историко-философскому факультету. Ему было предложено учиться в Профессорском институте при Дерптском университете, но он отказался, поскольку не пожелал давать обязательство последующей четырнадцатилетней службы на профессорской должности в университете.

В 1826 году появилась его первая статья: «О преодолении несчастий» в «Сыне отечества», за которую Никитенко был обласкан Гречем и Булгариным и вошёл в доверие к попечителю учебного округа К. М. Бороздину, взявшего его в секретари. По поручению Бороздина Никитенко написал примечания к новому цензурному уставу (1828).

С 1830 читал лекции по политэкономии в Санкт-Петербургском университете. После неудачных попыток занять кафедру естественного права и политической экономии, Никитенко с 1832 года стал адъюнктом по кафедре русской словесности, а с 1834 года — профессором.

В 1833 году Никитенко был назначен цензором и скоро провёл 8 дней на гауптвахте за то, что пропустил стихотворение Виктора Гюго «Enfant, si j'étais roi» (в переводе М. Деларю).

Читал также лекции по русской словесности в Римско-католической духовной академии. Редактировал в 1839—1841 годах журнал «Сын отечества», в 1847—48 гг. «Современник». В 1837 году получил степень доктора философии за диссертацию «О творческой силе в поэзии или поэтическом гении». В 1853 году избран членом-корреспондентом Академии наук по Отделению русского языка и словесности, с 1855 ординарный академик по тому же Отделению.

Служа в цензуре, Никитенко постоянно писал проекты её уставов, инструкции или примечании к ним, в «мартинистском», по словам Булгарина, то есть сравнительно либеральном духе.

В 1842 году Никитенко был подвергнут аресту на одну ночь при гауптвахте за пропуск в «Сыне отечества» повести П. В. Ефебовского «Гувернантка», насмешливо отозвавшейся о фельдъегерях.

С восторгом приветствовал Никитенко эпоху Великих реформ, характеризуя себя «умеренным прогрессистом».

В 1859 году Никитенко вступил членом в негласный комитет над цензурой и ревностно хлопотал об интересах литературы и о превращении чрезвычайного и временного учреждения в постоянное и регулярное, в виде «главного управления цензуры» при Министерстве народного просвещения. Это ему отчасти удалось, но неожиданным ударом для Никитенко было перевод «главного управления» в Министерство внутренних дел.

В конце 1850-х годов Никитенко редактировал «Журнал Министерства народного просвещения»; был членом, а с 1857 года — председателем Театрального комитета. Окончил свою карьеру тайным советником.

Из работ по истории литературы наиболее известны его «Речь о критике» (СПб., 1842) и «Опыт истории русской литературы. Введение» (СПб., 1845). По характеристике СИЭ, «учёные труды и критические выступления Hикитенко отличались эклектизмом, отсутствием ясной концепции и успехом не пользовались».

Дневник Никитенко был напечатан в 1889—1892 гг. и в XX веке переведён на некоторые иностранные языки. К отдельному изданию 1893 года были приложены воспоминания «Моя повесть о самом себе», которые также неоднократно переиздавались:


Станкевич Николай Владимирович

Сын состоятельных дворян. Отец — Владимир Иванович Станкевич (1786—1851), предводитель дворянства Острогожского уезда в 1837—1841 годах. Мать — дочь острогожского врача Екатерина Исифовна Крамер (1794—1841). Николай Станкевич вырос в большой и дружной семье, окончил Острогожское уездное училище и пять лет провел в частном пансионе в Воронеже. Его младший брат Александр тоже стал писателем. В 16 лет опубликовал свои стихи, которые носили патриотический характер.

В 1830 году Станкевич поступил в Московский университет на словесное отделение, где развился его интерес к русской истории, сформировались убеждения. Жил он в этот период у профессора Павлова, который привил ему интерес к философии Шеллинга. Станкевич был знаком с Алексеем Кольцовым. По просьбе Станкевича, тот передал ему свои стихотворения. Одно из них Станкевич поместил в 1831 г. в «Литературной Газете».

Уже в 1831 году он собрал вокруг себя группу единомышленников, с которыми пылко обсуждал вопросы «о Боге, о правде, о поэзии». В первый состав кружка входили Николай Станкевич, Януарий Неверов, Иван Клюшников, Василий Красов, Сергей Строев, Яков Почека, Иван Оболенский. В 1833 году Неверов покинул кружок, но тот вскоре пополнился новыми участниками, а именно Виссарионом Белинским, Константином Аксаковым, Александром Ефремовым, Александром Келлером, Алексеем Топорниным, Осипом Бодянским, Павлом Петровым. Временем расцвета кружка был период с 1833 по 1837 годы, до отъезда Станкевича. Кружок продолжал существование вплоть до 1839 года, но влияние его уменьшилось. В кружке рассматривались проблемы философии, истории; защищалась идея свободы человеческой личности. Не обходили своим вниманием и искусство.

В этом кружке не было места тем иерархическим отношениям, которые царили в «уставную» николаевскую эпоху. Тогда же у Станкевича возникает идея написать собственный учебник по всемирной истории.

В 1834 году он окончил университет и вернулся в Воронежскую губернию, где работал почётным смотрителем. Там он провёл ряд нововведений, но желание полноценно реализоваться подтолкнуло его к возвращению в Москву (1835). К тому времени кружок пополнился новыми людьми: историком Грановским, критиком Белинским, которого Станкевич прозвал Неистовым Виссарионом. Летом 1835 года они начинают просветительскую деятельностью в журнале «Телескоп».

Полноценно реализовать свои планы Станкевичу не удалось — прогрессировала давно мучавшая его болезнь — туберкулёз, в то время называемый «чахоткой». Поездка на Кавказ не принесла улучшения, и уже в 1837 г. Николай отправился на лечение в Карловы Вары. Этот курорт находился недалеко от Берлинского университета, где к тому времени уже учились Грановский и Неверов — и уже через три недели лечения больной покинул курорт.

Поселившись в Берлине у сестры, Станкевич вернулся к студенческой жизни, и снова организовал вокруг себя кружок, в составе которого были как старые, так и новые участники (М. Бакунин, И. С. Тургенев). В этом кружке велись разговоры на такие же темы, как и в кружке московского образца. Болезнь же свой ход не замедлила, и летом 1840 года Станкевич умер в Италии, во сне, практически на руках сестры Михаила Бакунина — Варвары.

Личная жизнь

Личная жизнь Николая Владимировича не складывалась. Первой и последней настоящей его любовью, главным (но не единственным) увлечением была сестра Михаила Бакунина Любовь. Они познакомились в Москве, девушка посещала философский кружок, через некоторое время Михаил пригласил своего друга погостить в имении Бакуниных Прямухино, где Люба и Николай объяснились. После отъезда его в Москву отношения не прекратились — они писали друг другу полные нежности и любви письма. Но сложный характер их отношений и болезненность обоих не позволили роману разрешиться счастливо. Станкевич уехал за границу, а Люба умерла в Прямухино от чахотки. Через несколько лет от той же болезни погиб сам Станкевич, полагавший, впрочем, что разлюбил Любовь, которая осталась для него вечным духовным идеалом.

Внешность и характер

По воспоминаниям Тургенева, одного из участников кружка: «Станкевич был более нежели среднего роста, очень хорошо сложен — по его сложению нельзя было предполагать в нём склонности к чахотке. У него были прекрасные чёрные волосы, покатый лоб, небольшие карие глаза; взор его был очень ласков и весел, нос тонкий, с горбиной, красивый, с подвижными ноздрями, губы тоже довольно тонкие, с резко означенными углами…»

Станкевич умел увлечь, вдохновить, наставить; был артистичен, мастер пошутить и даже передразнивать. Но все же «болезненный, тихий по характеру, поэт и мечтатель», говорит его современник, «Станкевич естественно должен был больше любить созерцание и отвлеченное мышление, чем вопросы жизненные и чисто практические». Романтик, он «сам о себе не думал, истинно интересовался каждым человеком и, как бы сам того не замечая, увлекал его за собой в область Идеала». Станкевич был горячей, увлекающейся натурой. Разочаровавшись в одной философской системе, он тут же с жаром обращался к другой. Был также и глубоко религиозен.

Отличительной чертой его отношения к товарищам было отсутствие властности. Так, во время отсутствия Станкевича (он находился за границей), Бакунин стал претендовать на его место, но Белинский возмутился, указав на то, что «Станкевич никогда и ни на кого не налагал авторитета, а всегда и для всех был авторитетом, потому что все добровольно и невольно сознавали превосходство его натуры над своею…».

Усатов Дмитрий Андреевич

Дмитрий Андреевич Усатов родился в 1847 году под Петербургом в семье крепостного графа Н. Д. Шереметева, в детстве пел в его хоре. В 1868—1873 годах обучался пению в Петербургской консерватории (класс пения у П. Репетто и К. Эверарди), которую окончил с малой серебряной медалью в 1873 году.

В 1873—1880 годах выступал в частных оперных антрепризах в различных городах России. На оперной сцене дебютировал в Харькове, затем пел в Киеве (сезон 1873—1874, в 1876 и в 1879). Выступал также в Нижнем Новгороде, Саратове, Астрахани и других городах. В 1875—1878 годах несколько сезонов выступал в труппе П. М. Медведева (основателя первой частной оперной антрепризы) в Казани, где приобрёл широкую известность.

В 1880—1889 годах — солист Большого театра в Москве (успешно дебютировал в операх «Фауст» и «Аида»). Был первым исполнителем на сцене Большого театра партий Ленского («Евгений Онегин», 1881), Елеазара («Маккавеи» Рубинштейна, 1883), Андрея («Мазепа», 1884), боярина Куратова («Нижегородцы» Направника, 1884), Вакулы («Черевички» Чайковского, 1887).

Будучи лирическим тенором, Усатов пел также партии драматические. Среди них: Собинин, Лионель, Князь; Рауль («Гугеноты»), Рембо («Роберт-Дьявол»), «Фра-Дьяволо» и другие. Исполнял русские романсы и песни. Сам являлся автором более 50 песен и романсов, некоторые из которых исполнял Шаляпин («Бедность», «Думы мои», «Дуют ветры», «Лес», «Современный романс», «Трудящемуся брату» — на слова И. Никитина, Т. Шевченко, А. Кольцова, А. Курепина, И. Сурикова).

В 1884 году П. И. Чайковский посвятил Усатову романс «Смерть» (ор. 57 No 5; сл. Д. С. Мережковского).

Оставив сцену, Усатов преподавал в Тбилиси; здесь в 1892—1893 у него брал уроки пения Ф. И. Шаляпин. Оценив талант своего ученика и зная о его трудном материальном положении, Усатов давал уроки будущему великому певцу бесплатно и в дальнейшем помогал с устройством в антрепризы. С 1902 года и до своей смерти в 1913 году жил в Ялте, преподавал пение. Его останки покоятся на Поликуровском мемориале.

Ольминский Михаил Степанович


Родился в Воронеже, детство прошло в селе Подсереднее Бирючанского уезда Воронежской губернии. Осенью 1873 года начал учиться в Воронежской гимназии. В 1879 году, за хранение революционной нелегальной литературы он был исключён из гимназии и с помощью родственников матери, живших в Петербурге, был определён в 7-ю петербургскую гимназию. В 1881 году вернулся в Воронеж, продолжил обучение и в 1883 году окончил Воронежскую гимназию. В том же году поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. В 1884 году вступил в народовольческий «Союз молодежи». В 1885 году арестован, выслан в Воронеж. В 1887—1889 годах отбывал воинскую повинность.

Возвратился в Петербург в 1890 году, в 1891 году был одним из основателей «Группы народовольцев». В 1894 году арестован, около 5 лет провёл в одиночной камере, в 1898 году сослан в Олекминск Якутской области. В том же году вступает в РСДРП. Во время пребывания в ссылке начал литературную деятельность, псевдоним «Ольминский» был производным от названия места ссылки. После окончания ссылки пробыл несколько месяцев в России, а в феврале 1904 года выехал в Швейцарию, где примкнул к большевикам, работал под руководством В. И. Ленина в редакциях газеты «Вперёд» и «Пролетарий».

В конце 1905 года возвращается в Петербург и становится членом редакции большевистских газет «Новая жизнь», «Волна», «Казарма». В 1907—1908 годахвёл революционную работу в Баку, с 1909 года — в Петербурге. В 1911—1914 годах член редакции газет «Звезда», «Правда», журнала «Просвещение». В 1915 году в Саратове редактор единственной в стране большевистской легальной «Нашей газеты». С 1916 году член Московского областного бюро РСДРП, редактор профсоюзного журнала «Голос печатного труда».

После Февральской революции 1917 года — один из редакторов московской большевистской газеты «Социал-демократ», затем в Петрограде сотрудничал в «Правде», член Бюро ЦК РСДРП(б). В марте 1917 член Московского комитета РСДРП(б). Делегат и один из председателей 6-го съезда РСДРП(б). Активный участник борьбы за Советскую власть в Москве, член Замоскворецкого ВРК. С декабря 1917 член коллегии Наркомфина. Избран в Учредительное собрание от Тамбовского и Московского губернского округов.

В конце 1918 года возникла дискуссия вокруг деятельности ВЧК. 25 декабря 1918 года ЦК РКП(б) обсудил новое положение о ВЧК. Инициаторами были Бухарин, Ольминский и Петровский, которые критиковали «полновластие организации, ставящей себя не только выше Советов, но и выше самой партии».

В 1918-1920 годах член редколлегии «Правды», с 1918 года профессор Социалистической академии, член бригады лекторов в агитпоездах ВЦИК и агитпоезде «Октябрьская революция». Делегат 2-го конгресса Коминтерна (1920).

Организатор и руководитель Истпарта, c декабря 1920 года был председателем Истпарта, с ноября 1924 года по август 1928 года председатель Совета Истпарта. Председатель Общества старых большевиков с 1922 по 1931 год, основатель и редактор журнала «Пролетарская революция». После того, как Истпарт был в августе 1928 года присоединен к Институту В. И. Ленина, становится членом дирекции Института. Издатель сочинений В. И. Ленина и Г. В. Плеханова, документов по истории партии, мемуаров участников революционной борьбы, исследователь истории партии и революционного движения в России. Инициатор переиздания протоколов состоявшихся ранее партийных съездов и конференций, а также комплектов партийных газет.



Автор публицистических, исторических, литературоведческих работ и воспоминаний. Как литературный критик особое внимание уделял творчеству М. Е. Салтыкова-Щедрина, пропагандировал литературное наследие А. С. Пушкина, Н. А. Некрасова, Н. Г. Чернышевского. С 1926 по 1929 год — член редакции журнала «На литературном посту». С 1932 года главный редактор и председатель редакционной комиссии по изданию сочинений Салтыкова-Щедрина.

Умер в 1933 году, похоронен на Красной площади у Кремлёвской стены.


Источник wikipedia